?

Log in

No account? Create an account

Вс, 9 окт, 2005, 22:55
Творческие руины

Писатель: Я писатель!
Читатель: А по-моему, ты говно!

Д. Хармс

Я писатель. Я пишу книги. Потом эти книги издают и их читают миллионы читателей. Так я зарабатываю на хлеб.
Злые люди, которые притворяются добрыми, неоднократно говорили мне: "Берегись творческого кризиса!" Таким образом они якобы выражали обо мне беспокойство. Но на самом деле, будь они честными людьми, они бы говорили иначе: "Мы завидуем твоему успеху и желаем тебе творческого кризиса, чтоб тебе пусто было!"
Не будем о них больше. Мелочные завистники, они не заслуживают упоминания в нашем дальнейшем повествовании. (Зато они заслуживают упоминания в моей новой книге, где я уготовил им ужасные наказания за их злодеяния в реальной жизни. И поделом им, гнусным завистникам, чтоб их ногти росли не наружу, а внутрь!)
Но довольно о них! Далее рассказ пойдет о творческом кризисе.
Знаете ли вы, что такое творческий кризис? Для нас, писателей, это страшное время, когда мы совсем не можем писать. Тогда мы чувствуем себя творчески неизлечимо больными, а некоторые от этого даже сходят с ума и кончают жизнь самоубийством. Или убивают кого-нибудь, попадают в тюрьму, где не выдерживают клаустрофобии и издевательств, и все равно сходят с ума и кончают жизнь самоубийством. У нас, писателей, нелегкие судьбы... Об этом сказано во многих, нами же написанных, книгах.
А решил я рассказать о творческом кризисе потому, что сегодня он впервые со мной приключился. Дело было так. Я сел за компьютер и принялся за новую главу. Я напечатал "Пенсионер выхватил револьвер и, извергая проклятия, бросился за бандитами" и вдруг почувствовал, что не могу больше написать ни слова. Образ храброго пенсионера, до сих пор четкий и ясный, стал расплывчатым, словно отчаянный старичок выпал из фокуса кинокамеры.
Тогда я решил схитрить и пойти с другого конца. "Бандиты кинулись наутек от вооруженного до зубов пенсионера, извергающего проклятия" - настучал я и остановился. Ну и? А дальше-то что? "Пенсионер..." Нет. "Мерзавцы трусливо..." Тоже нет. "А в это время..." Что в это время?! "Над..." "Под..." И несмотря..."
Промучавшись таким образом около часа, я так ничего и не написал. Между тем главу следовало сдать к завтрашнему утру. Нереально. Надо предупредить литагента, пускай заморочит голову издателю.
Я открыл электронную почту и начал: "Дорогой друг..." Нет, как-то неуместно нежно получается - дорогой... "Дружище!" А это - фамильярно. "Значит, так..." Ну нет, это уже просто хамство!
Да что ж со мной такое?! Будто никогда писем не писал!
После нескольких безуспешных попыток я с ужасом осознал, что творческий кризис коснулся и написания писем.
Как говорим мы, писатели, надо мной нависла тень грядущей катастрофы. Спокойно, сказал я себе, все нормально. Это случается со всеми. Не паниковать! Проведем эксперимент. Надо написать что-то такое, где творчество не нужно вовсе. Например, цитату из Пушкина. Да, самое то, ведь над пушкинскими стихами за меня уже потрудился Пушкин.
Воодушевленный этой идеей, я быстро набросал: "Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась..." Пальцы зависли над клавиатурой. Кто явился? Кажется, какое-то местоимение явилось... "Передо мной явилась мы", - написал я и тут же испуганно стер. Смутно припомнилось, что местоимение должно быть второго лица единственного числа. Но какое?!
Ладно. Пушкин - это слишком круто. Все-таки гений. Понизим планку. "Жили-были дед да баба. И была у них... И испекли они..." Мне показалось, что вспотели даже ногти. Кто у них был, у этих чертовых стариканов?! Колобок? Три сына? Кого они испекли? Курочку Рябу? Единственное, в чем я не сомневался, так это в том, что младший был дурак. "Ну а младший был дурак", - яростно напечатал я и уже готов был облегченно вздохнуть, но перечитал, что получилось, и впал в отчаяние. "Жили были дед да баба. Ну а младший был дурак". Получалось, что младшим был дед! Он-то и был дурак! Но это же полная фигня!
Ладно, сказки - тоже сложно. Тогда... анекдот! Что может быть проще анекдота? Только другой анекдот. Итак. "Встретились как-то русский, грузин и еврей..." Нет. "Украинец, латыш и сьерра-леонец". Да нет же! "Англичанин, француз, башкир, араб, финикиец, американец и сьерра-леонец. И..." И - что? Зачем встретилась вся эта толпа? А! Ну конечно! Я стер "встретились" и написал "расстались". Перечитал. Какой бред, господи!
Я схватился за голову. Кризис чужого творчества - это уже слишком. Это, наверно, самая крайняя стадия болезни, после которой убийство, тюрьма, клаустрофобия, издевательства, помешательство и самоубийство.
Не хочу!
Думай, писатель, думай!
И я придумал. Выход оказался элементарен до гениальности. Боже мой, как же это просто! Я сардонически захохотал. Творческий кризис, говорите вы? А вот о нем я и напишу!
Я снова захохотал, но на этот раз уже гомерически, и принялся набивать: "Я писатель. Я пишу книги. Потом эти книги издают и..." С ними же еще что-то делают... Их это... ну...
А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

Пн, 10 окт, 2005 08:33 (UTC)
dimmel

Сачуйственно плакалЪ!